Дрезден в Огне 



В то время, когда весь мир предается праздничной истерии, когда добропорядочные граждане засыпают друг друга ворохом бумажных сердечек и идиотских поздравлений, мы вспоминаем как сыпались бомбы на Дрезден, как стонала земля и ревел огненный шторм. Мы вспоминаем, как в ночь с 13 на 14 февраля 1945 года целый город был обращен в пепел. 



Ковровые бомбардировки немецких городов начались задолго до Дрездена. Будучи не в силах совладать с германской военной машиной, «союзники» обратили свою ядовитую ненависть против мирного населения, и чем большие потери несли войска, тем сильнее она становилась. В то время, пока Рузвельт вынашивал планы по принудительной стерилизации всех жителей Германии, англо-американские ВВС развернули подлинный воздушный террор, ежедневно высыпая тысячи тонн авиабомб на немецкие города. В руинах лежали Берлин, Гамбург, Мюнхен, Кёльн. Дрезден – город художников и ремесленников, культурный центр Саксонии и один из красивейших немецких городов, до поры оставался островком спокойствия. Он практически не имел военного производства, а основной продукцией его заводов был знаменитый дрезденский фарфор. Однако, два зверя, терзавших измученное тело Европы, все чаще обращали друга на друга голодный взгляд, готовясь вцепиться друг другу в глотки, разделавшись с Германией. Бомбардировка Дрездена должна была стать актом устрашения, но не немцев, для которых собственная квартира уже стала опаснее фронтовых траншей, а советского командования. 



К 13 февраля Дрезден стал огромным лагерем беженцев. Сюда переместилось практически все население Бреслау, занятого Красной армией, увеличив численность населения с 630 тысяч человек почти в 2 раза. Тысячи людей с каждым часом наводняли город, спасаясь от «освободителей». Голодные, дрожащие от холода и едва прикрытые лохмотьями, они устраивались прямо на улицах города, в поисках хоть какого-то приюта, не зная, что их ждет. В этот момент летчикам королевских ВВС уже зачитывали приказ: «Дрезден, 7-й по размеру город Германии… на настоящий момент крупнейший район противника всё ещё не подвергавшийся бомбёжкам. В середине зимы, с потоками беженцев направляющимися на запад, и войсками, которые где-то должны быть расквартированы, жилые помещения в дефиците, поскольку требуется не только разместить рабочих, беженцев и войска, но и правительственные учреждения, эвакуированные из других районов. В своё время широко известный своим производством фарфора, Дрезден развился в крупный промышленный центр… Целью атаки является нанести удар противнику там где он почувствует его сильнее всего, позади частично рухнувшего фронта… и заодно показать русским когда они прибудут в город, на что способны Королевские ВВС». Вечером 13 февраля взвыли сирены воздушной тревоги, и в 22.14 раздался первый взрыв, знаменуя собой начало 14-часового ада. Многотонные бомбы разрушали целые кварталы, горел камень и расплавленный асфальт тек по улицам, а гул бушующего пламени заглушал крики горящих заживо людей. Сотни пожаров слились в один огненный смерч. Спасения не было нигде, ударная волна рушила стены, а чудовищный вихрь всасывал весь воздух из бомбоубежищ, и те, кому удалось скрыться от огня, погибали от удушья. За 24 минуты на центр Дрездена были сброшено 1500 тонн фугасных бомб и 1000 тонн напалма. 



«Тогда я пережила что-то страшное. Я жила в центре города, в доме, где я жила, почти все погибли, в том числе и потому, что боялись выйти. Мы ведь были в подвале, примерно шестьдесят три человека, и там я сказала себе — нет, так здесь можно погибнуть, так как это не было настоящим бомбоубежищем. Тогда я выбежала прямо в огонь и перепрыгнула через стену. Я и ещё одна школьница, мы были единственными, кто вышел. Тогда я пережила нечто страшное, а потом в Гроссен Гартен (парк в черте города) пережила ещё больший ужас, и мне понадобилось два года, чтобы его преодолеть. По ночам, если во сне я видела те картины, я всегда начинала кричать», - рассказывала позже Грет Паллука, пережившая дрезденский кошмар. 
После атаки наступило затишье. Люди выбирались из укрытий и, спасаясь от смертоносного жара, собирались в том самом Гроссен Гартен. Через три часа подошли бомбардировщики второй волны. Те, кто остались в бомбоубежищах, ожидая конца пожаров, погибли сразу. Резко подскочившая температура моментально обратила их в пепел. Пожар охватил и Гроссен Гартен, превратив прекрасный парк в выжженную пустыню, устланную горами обгорелых тел. Утром 14 февраля город атаковали американские ВВС, сбросив новую порцию бомб на многострадальный Дрезден, а американские истребители на бреющем полете расстреливали спасающихся от огненного шквала женщин, детей и стариков. 

За одну ночь были сожжены заживо 200 тысяч ни в чем неповинных людей. Дрезден лежал в руинах, покрытый густым слоем пепла. Уничтожен был весь исторический центр, в то время как якобы главная цель – железнодорожный узел, не пострадала. Тела погибших долгие недели после бомбежек устилали улицы города. Никто не понес ответственность за этот акт чудовищного варварства. Ныне память об этой трагедии объединила все народы Европы. Ежегодно 13 февраля тысячи правых со всего континента собираются в Дрездене чтобы почтить память погибших в ту ночь. Читая эти строки, не забывайте и вы о дрезденских мучениках, виновных лишь в том, что были немцами. 

«Мы разбомбим Германию — один город за другим. Мы будем бомбить вас все сильнее и сильнее, пока вы не перестанете вести войну. Это наша цель. Мы будем безжалостно ее преследовать. Город за городом: Любек, Росток, Кельн, Эмден, Бремен, Вильгельмсхафен, Дуйсбург, Гамбург — и этот список будет только пополняться», — с такими словами командующий бомбардировочной авиацией Великобритании Артур Харрис ( Arthur Travers Harris) обращался к жителям Германии через листовки, которые миллионными тиражами раскидывались над немецкими городами. За акции террора против гражданского населения он получил прозвища «Мясник» и «Бомбист». 


Королевские военно-воздушные силы располагали арсеналом в пять миллионов единиц зажигательных бомб. Их производство было отлажено задолго до начала Второй Мировой Войны - еще в 1936 году. 14 февраля 1942 ВВС была представлена так называемая «Директива бомбежек по площадям». В тексте документа, дававшему тогдашнему командующему бомбардировочной авиации Артуру Харрису практически неограниченные права по использованию бомбардировщиков для подавления немецких городов, в частности, говорилось: «С нынешнего момента операции должны быть сфокусированы на подавлении морального духа вражеского гражданского населения — в частности, промышленных рабочих».

На следующий день командующий британскими ВВС сэр Чарльз Портал высказался в пояснительной записке к Харрису еще менее двусмысленно: «Я полагаю, Вам ясно, что целями должны быть районы жилой застройки, а не верфи или заводы по производству самолетов». Сам Харрис, впрочем, прекрасно это знал - он и прежде полагался на подобные методы: так, осуществляя командование британской авиацией в Пакистане, а затем в Ираке, отдавал приказы о бомбежках непокорных деревень зажигательными бомбами. 

Среди его подчиненных была популярна история о том, что однажды машину Харриса, ехавшего с превышением скорости, остановил полицейский и посоветовал соблюдать скоростной режим: «А то ненароком можете кого-нибудь убить». «Молодой человек, я каждую ночь убиваю сотни людей», — якобы ответил полицейскому Мясник.

Харрис сутки напролет проводил в министерстве авиации; за все годы войны он лишь две недели был в отпуске. Даже громадные потери — 60% — не могли заставить отступиться от охватившей его идеи фикс. 

Серия бомбардировок немецкого города Дрезден, осуществленная ВВС Великобритании и Соединенных Штатов Америки 13—15 февраля 1945 года, когда исход войны был всем очевиден, никак не поддается логическому осмыслению с позиций военной стратегии. В течение нескольких часов были убиты десятки тысяч человек. Никто по сей день не знает сколь-либо точной цифры. Апологеты англичан говорят о 25 000 убитых, но неангажированные историки обычно называют цифру в десять раз больше. Погибло неисчислимое множество никем и нигде не учтённых беженцев из восточной Германии, которые бежали от наступающей советской армии, ближе к союзникам. В городе не было ни одного военного объекта. Бомбардировка не имела никакого смысла с точки зрения боевых действий. Дрезден был выбран в качестве цели как раз потому, что в нём не было никаких войск, способных оказать сопротивление или хотя бы установить порядок, зато было огромное количество скопившихся на улицах и площадях некомбатантов, в основном женщин, стариков и детей. 

Примечательно, что британцы не добились своей цели - воля нации Третьей Империи не была сломлена: ни в Германии, ни в Японии, не было бунтов с требованием капитуляции, и немецкие рабочие продолжали поддерживать военное производство на максимально высоком уровне; лояльность немецких гражданских лиц режиму поколебалась в результате бомбардировок, но сохранялась на высоком уровне вплоть до окончания войны.

читайте также

  • МАНИФЕСТ

      WotanJugend – Молот Национал-социализма, ломающий оковы современного мира.  Вместо лживого равенства мы утверждаем расовую и сословную…

  • Феогнид. Эллинская поэтическая евгеника.

    «Выражение «аристократический радикализм», которое Вы употребили, очень удачно. Это, позволю себе сказать, самые толковые слова, какие…

  • Сакральное Искусство - программный текст WotanJugend часть I

      Что есть истинное искусство? Чем высокое отличается от низкого, а благородное от дегенеративного? Каков путь становления творца, какова его…