Спасение или героизм: нордическая дилемма



«Раб - это тот, кто ждёт кого-то ещё, кто мог бы освободить его» - Эзра Паунд

Из античной истории нам известна легенда о том, как боги создали в наказание людям Ларец Пандоры, из которого в наш мир просочились все несчастья и бедствия, а в закрытом ларце осталась уже только одна Надежда, которую те же древние греки считали поэтому самым коварным злом. С другой стороны, есть мировая религия, известная также под именем "назарянской веры", которая пытается пробудить у своих последователей необоснованные надежды на спасение, грядущее, как чудо, с небес, со стороны сверхъестественных сущностей, и вокруг этого действия под названием "Спасение", строится весь культ и следование людей этой удивительной вере. О чём в принципе идёт речь, кто и от чего здесь спасает? По назарянской религии, некий Сын Божий, посланный по промыслу свыше, спасает весь род людской от страшного бедствия, известного как первородный грех, то есть, от самого появления людей в материальном мире в виде мужчин и женщин, способных к размножению и продолжению рода, что по какой-то причине ставится людям в вину. Спасение не пресекло бедствия этого материального мира, не устранило злодейство, сделав возможным для избранных только попадать в рай и поэтому в будущем потребуется ещё одно спасение чудесного характера против антихриста (очередной воображаемый персонаж этой истории). В результате всех этих необычайных открытий всё человечество чувствует себя морально обязанным по отношению к Спасителю, чувствует вину и раскаяние за свои преступления и обязуется соблюдать моральную доктрину, определённые нормы, стереотипы поведения, которые он не в праве выбирать или оценивать по своему разумению, чтобы удостоиться спасения в будущем (опять-таки за гробом). Обратим внимание, насколько в спасительном акте, пускай он и высоко оценивается, ничтожна роль тех, кого спасают - гипотетическая принцесса из замка, которую охраняет дракон, никакого участия в картине происходящего не принимает, а лишь пассивно ждёт своей участи, то есть, ждёт героя, который бы мог её освободить. Спасаемые - это всегда страждущие, слабые и отверженные, униженные и оскорблённые, то, что Ницше оценивал как страдающее по необходимости, то, что должно страдать (понятно, что и сильный человек может оказаться в ситуации, где ему требуется помощь, но сильные не были бы сильными, если бы не могли выбираться из таких ситуаций, хотя бы и с чей-то поддержкой). 

Если вспомнить слова Эзры Паунда, становится очевидно, что речь здесь идёт о том, чтобы привить колоссальному количеству людей рабскую этику, которая в восточном стиле ждёт милостей свыше, вместо личной ответственности и самостоятельного устройства своей судьбы при помощи своих личных усилий. Подобное отношение ставит воинов и рабов в один ряд, мешает всех со всеми, производит ужасные беспорядок и путаницу. Где здесь найти достойное воина стремление установить на земле мир, утвердить законы, защитить слабых, изгнать зло из мира? Как далеко это от естественной потребности арийцев в трагическом и героическом мировоззрении; в отличие от восточных культов с их причитаниями и мольбами, в европейском эпосе окружают уважением и почтением тех персонажей, которые сами сталкиваются с невзгодами и несчастьями, чтобы найти решение, не рассчитывая, как правило на божественную помощь со стороны, хотя и стараясь увязывать свою волю с волей богов, но порой и вступая с ними в противоречие. Зигфрид и Аполлон, Прометей и Парсифаль, герои античных трагедий, скандинавских саг или славянского фольклора, Вильгельм Телль или Лебединый рыцарь сами действуют, чтобы сделать мир лучше согласно их разумению, также как Фауст, как Кухулин, как тысячи реальных европейских воинов, творцов, исследователей и конструкторов, построившими окружающий нас мир своими собственными руками. Доктора, прививавшие себе вирус чумы или оспы, чтобы испытать на себе новое эффективное лекарство и указать миллионам людей на путь спасения, не ждали ангельского вмешательства или благословения свыше, но активно работали, чтобы совершить деяние, угодное всем добрым и светлым силам. По здравому разумению, эйнхерии и валькирии и даже боги не могут проявить себя среди людей иначе, как в человеческом облике и потому действуют среди нас, исподволь направляя тех, кто и становится героем, защитником и спасителем, если на то будет его воля. Здесь же можно вспомнить и слова Ганса Гюнтера, утверждавшего, что нордическим людям чужда идея спасения, лишающая борьбы и ставящая спасённого в униженное положение, он сам желает бороться и реализовать свою свободную волю, сам защищать себя, своих родных и близких. "Людьми спасения" немецкий расолог Клаусс считал переднеазитскую расу, с её восторгами, отчаянием и экстазами, с её раболепным отношением к местным вождям и султанам, но это очень отличается от европейского восприятия, сохранившегося во многом и в назарянскую эпоху. 

Идеал белого европейца - быть защитником, а не нуждаться в спасении, сравниться с богами в доблести, завоевать лавровый венец, быть принятым на небо в результате личного героизма и взять с собой самых дорогих и близких сердцу людей, одарив их бессмертием, таково желание арийской этики, её первая и последняя заповедь. Как сказано о том в тексте группы Samael "My Savior":

Я - истина, таящаяся в каждой лжи.
Я начало начал и последняя смерть,
Я - Альфа, я - Омега,
Я - меч, ведущий в битву другие мечи,
Я - перекресток всех дорог,
Я - Слава, я - Бессмертие,
Я - Величие, я - свой Спаситель,
Я - сам себе Спаситель.

читайте также

  • Феогнид. Эллинская поэтическая евгеника.

    «Выражение «аристократический радикализм», которое Вы употребили, очень удачно. Это, позволю себе сказать, самые толковые слова, какие…

  • Приказ казачьим войскам от Краснова

      Каждому Национал-Социалисту доводилось слышать назойливое роптание, вызванное особой ролью занимаемой Адольфом Гитлером в движении на пути к Белому…

  • Юлиус Эвола. Второй человек и его Активный реализм.

    Среди многочисленных терминов и эпитетов, описывающих бытие Второго «Аполлонического» человека, рыцарского «Knecht» Иоганна Таулера,…